akizzi (akizzi) wrote,
akizzi
akizzi

Categories:

Дон Карлос, врачи и Фра Диего.

Наследник испанского трона Дон Карлос никогда не мог похвастать хорошим здоровьем. Отправленный для восстановления сил в Алькала-де-Энарес, под надзор дона Гарсия де Толедо (двоюродный брат Альбы) он отчаянно скучал и не упускал возможности  развлечься. Такой случай  ему представился 19 апреля 1562 года.  Было воскресенье, принц, спускаясь  по лестнице, заприметил хорошенькую Марианну де Гарсетас, дочь привратника. Начав преследование  девицы,  Дон Карлос побежал, но за пять ступеней до конца оступился и упал кубарем, неловко ударившись затылком с левой стороны о гвоздь  калитки.

Принц сильно пострадал его раной «размером приблизительно с ноготь на большом пальце» немедленно занялись домашние лекари Кристобаль де Вега и Сантьяго Диего Оливарес возглавляемые бакалавром  медицины Дионисио Даза Чаконом (оставившим описание болезни). Они перевязали рану и привели Дона Карлоса в чувство – он даже поел.
О случившемся немедленно уведомили короля.  Филипп II тут же прислал своего личного врача Хуана Гутьерреса де Сантандер вместе с королевскими хирургами  Педро де Торресом и португальцем Фернандо Лопесом. Все они прибыли в понедельник утром. Лечение состояло из кровопусканий – 8 унций в первый день  и 6 в два последующих. Рану промыли,  все стали надеяться на лучшее, когда на десятый день рана загноилась, у принца поднялась температура, началась лихорадка и отнималась нога. По общему мнению, рану было необходимо дренировать, сделав надрез на коже черепа, для чего был вызван знаменитый хирург из Вальядолида – бакалавр Торрес. Английский посол сэр Томас Челлонер  сообщал в письме к своей королеве, что был сделан «надрез в форме буквы Т», но «невозможно было увидеть, поврежден ли череп, из-за сильного кровотечения; ничего не оставалось делать, только остановить его и перевязать рану».

Узнав об ухудшении здоровья Дона Карлоса, в пятницу 1 мая из Мадрида прибыл  Филипп II с  герцогом Альбой и принцем Эболи. Король привез с собой еще одного своего лекаря  Фернандо Мену и знаменитого анатома Андреаса Везалия.  Даза Чакон и Везалий были большими друзьями вместе получившими большой опыт в войсках КарлаV. Вдвоем они в 1559 году консультировали  и Генриха II  Французского получившего смертельную рану на турнире. Несмотря на это уроженец Нидерландов Везалий не вызывал у испанских докторов  никакого доверия, его «более высокой учености не могли признать в соответствии с его достоинством, так же  как горшечник ненавидит горшечника» - писал английский посол.

Таким образом, число врачей было доведено до той критической массы,  когда можно было устраивать консилиумы, не приходя при  этом  к однозначному взгляду на лечение. Торжественные консультации длились по по три – четыре часа в присутствии короля , по бокам  которого располагались Альба и Гарсия де Толедо и далее врачи и хирурги в форме полумесяца. Рану принца обработали смесью из измельченных ириса и кирказона , применялась мазь из скипидара смешанного с яичным желтком, затем розовый мед и сверху пластырь из буковицы .

Последствия проявились скоро - в понедельник 4 мая, когда врачи пришли к  Дону Карлосу, его рана оказалась в таком состоянии что, по мнению врачей наиболее вероятным исходом была смерть. Уже король послал приготовить себе помещение в монастыре св. Иеронима,  всюду пронесся слух о смерти  принца,  множество дворян послали за траурными одеждами,  как  Дону Карлосу стало легче.

«На 5 и 6 мая  была некоторая надежда на поправку принца.  На следующий день,  на Вознесение, из-за того, что его лицо стало раздуваться, его врачи дали ему легко очищение (слабительное), которое подействовало  на него четырнадцать раз, слишком много,  чтобы его телосложение могло вынести.  В тот же день опухоль увеличилась, появились небольшие огненные  прыщи, что   удвоило сомнения врачей и подавленность  короля.  В пятницу 8 мая  состояние его улучшилось, рана на голове  подсохла.  В  субботу 9 мая опухоль увеличилась настолько, что закрыла его глаза, так что, когда король пришел к нему в гости, он был вынужден поднять  его веки» - докладывал английский посол (У Томаса Челлонера был большой опыт в болезнях –  неоднократно жаловался  он королеве  на свое  хилое здоровье, что и сумел доказать впоследствии, скончавшись в возрасте всего лишь 44 лет).

По мнению Везалия, у Дона Карлоса был поврежден череп, ему была необходима трепанация, но врачебный  консилиум с ним не соглашался, возлагая надежды на такие вызывающие доверие методы, как кровопускание, банки, слабительное и возможно, клистир. Однако,  для снятия опухоли, Везалию было разрешено сделать надрезы и удалить гной.

Об отчаянном положении больного говорит то, что к нему был допущен мавр (по другим сведениям еврей)  Пинтарете  из Валенсии, чьи мази, по мнению некоторых докторов,  иногда помогали в тяжелых случаях.Пинтарете  наложил мазь но, по словам Дазы Чакона «В субботу вечером, рана стала все хуже и хуже, потому что черная мазь, так ее сожгла, что его череп стал черный, как чернила» - после такого результата мавр был незамедлительно уволен.

«В субботу вечером король, оставив принца, в отчаяньи отошел от  Алкала, и пришел в монастырь Санкт Джеронимо, намереваясь (если принц умрет),  удалиться в другой, более уединенный».
В этих условиях было решено прибегнуть к последнему средству. В городском соборе Алькала-де-Энарес  хранились нетленные мощи  францисканского монаха Диего из Алькалы еще при жизни прославившегося  уходом за больными. А после смерти на его могиле произошло несколько чудесных исцелений. В субботу, во  второй половине дня торжественная  процессия с участием всех орденов принесла труп брата Диего, «чья жизнь и чудеса стали столь известны»,  в комнату принца и с молитвами возложила его прямо на постель Дона Карлоса, который  «в тот день был настолько вне себя, и глаза его были так закрыты  абсцессом, что давало  очень мало причин для этого что случилось». Таким образом, мумия брата Диего пролежала в постели принца всю ночь. 





На следующий день произошло внезапное улучшение состояния Дона Карлоса, столь радикальное, что все вокруг заговорили о чуде. За всем шумом осталось незаметным, что Везалий, ранее вскрывал  рану и произвел чистку. К среде 13 мая состояние больного улучшилось, к 14 мая рана зарубцевалась, но 16 мая Везалием (Даза Чакон утверждал что Торресом) был сделан еще один надрез, чтобы удалить «густое белое вещество». Эта процедура  повторялась еще несколько раз. К среде 20 мая опухоль спала, а в пятницу 22 мая температура уже была нормальная – «принц уже выздоровел и прежняя печаль превращается в торжества» - доложил Челлонер.

Все это время Дону Карлосу накладывали лечебные повязки с различными снадобьями, наконец, 14 июня несмотря что «очень мало сил ощущается в теле и ногах» он первый раз поднялся и прослушал мессу. Во «Вторник 16 июня около полуночи Его Величество вернулся в Алкала. После среду в восемь в первой половине дня и пошел в комнату принца его отец, который обнял его и принял с великой радостью».  5 июля Дон Карлос поклонился тела брата Диего и присутствовал на корриде. Во вторник 7 июля его взвесили – «Он весил в бриджах и дублете …  три арроба и фунт» (почти 35 кг.) Рана его окончательно зажила 21 июля – через 93 дня после травмы.

Выздоровление  принца  всецело приписывалось заступничеству Диего из Алькалы, сам Дон Карлос писал «По тому самому случаю, во власти этой хвори, когда доктора потеряли надежду, когда король, мой отец и господин покинул меня умирать и делались приготовления к моим похоронам, мне принесли тело  …святого брата Диего; и с того момента, когда он ко мне приблизился, и когда я коснулся его, я почувствовал улучшение… - таковы заслуги брата Диего… и так решили все, кто тогда присутствовал; и моим намерением стало добиться его канонизации…»

Филипп II разделял желания сына, но как ни странно уперся папа римский . Более того, святой престол сопротивлялся канонизации  Диего из Алькалы целых 27 лет. И только  12 июля 1588 года Филипп,  используя все влияние испанского королевства,  добился от папы Сикста V канонизации.  Достижение Филиппа II выглядит тем более весомым, что Диего из Алькалы является единственным канонизированным  католическим святым за весь бурный  16 век.





Интересна судьба Везалия – создается такое впечатление, что он был недоволен тем, что все лавры отошли к святому Диего, а его несомненные заслуги остались в тени. Возможно, он высказывался по этому поводу – но весьма Везалием заинтересовалась инквизиция, настолько, что Филиппу II пришлось спасать анатома, отправив его в паломничество в Иерусалим для укрепления веры.



Источники:

Colección de documentos inéditos papa la historia de España (1842) Volume: 15;18.
Justo Hernández: Cristóbal de Vega, médico de cámara de príncipe D. Carlos
Calendar of State Papers Foreign, Elizabeth, Volume 5: 1562
Louis-Prosper Gachard: Don Carlos et Philippe II
Tags: XVI век, Испания
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments